Перед вами — текстовая расшифровка устного доклада. Она сохраняет стиль и манеру речи докладчика, поэтому может содержать обороты разговорной речи, повторы и неполные предложения, характерные для устного выступления. Пунктуация и структура текста адаптированы для удобства чтения.
Расшифровка аудио не проверена докладчиком, поэтому по просьбе автора ниже размещены две аудиозаписи.
Доклад, прочитанный в Москве в марте 2025
Доклад, прочитанный в Санкт Петербурге в июне 2025
Дорогие друзья, в начале своего доклада я хотел бы несколько слов сказать о Рудольфе Штайнере. Сегодня 30 марта 2025 года, ровно 100 лет назад наш учитель Рудольф Штайнер перешел порог духовного мира и покинул нас на физическом плане. В связи с этим я хотел бы сказать несколько слов.
Сам Рудольф Штайнер, говоря о своей антропософской деятельности, упоминал, что вся она была основана или могла осуществляться благодаря взаимодействию двух людей: самого Рудольфа Штайнера и Марии — сначала фон Сиверс, впоследствии Марии Штайнер. Они вдвоем начали активную деятельность, которую мы знаем как антропософское дело. Рудольф Штайнер в своей автобиографии, рассказывая об этом, говорил, что он сам занимался познанием духовного мира и сообщения о познании духовного мира он давал через лекции . А Мария Штайнер развивала художественный элемент , она работала в области слова с рецитацией, декламацией, которая впоследствии вылилась в постановку мистерий-драм.
Мария Штайнер обратила внимание Рудольфа Штайнера на такую индивидуальность, как Новалис. Когда происходило физическое, организационное выделение Антропософского общества из Теософского общества (это произошло в рождественское время в 1912 году в Кёльне), 28 декабря Рудольф Штайнер начал читать цикл докладов о «Бхагавадгите» и посланиях апостола Павла. Это считается учредительным курсом или временем, когда появилось (или было образовано) Антропософское общество, уже отдельно, самостоятельно, вне рамок Теософского общества.
Итак, первая лекции Рудольфа Штайнера, весь зал украшен, и там представлены портреты именно этой индивидуальности, которую на физическом плане мы знаем как Новалис. И в первой же лекции, открывая свой цикл, Рудольф Штайнер впервые раскрыл инкарнации индивидуальности Новалиса таким образом, что он проследил эти инкарнации от пророка Илии, затем к Иоанну Крестителю, затем к Рафаэлю и затем к Новалису. Мы знаем, что деятельность пророка Илии была подготовкой к пришествию Христа на землю. Можно сказать, что он вобрал всю мудрость, которая помогала этому событию.
В инкарнации Иоанна Крестителя, через то, что он прикоснулся к мистерии Голгофы, он смог эту мудрость соединить в себе с импульсом Христа. И когда уже в следующей инкарнации, как Рафаэль, эта индивидуальность появилась на земле, она смогла всю мудрость, которую человек мог получить раньше, преобразить в себе с помощью силы Христа. И эта мудрость в преобразованном виде стала изливаться из этого человека, в котором жила эта индивидуальность, как силы любви. Рудольф Штайнер, описывая, что происходило при этом, говорил, что вся суть христианства, как она заложена, изливалась через Рафаэля прямым, открытым способом, не мыслительным способом, а через искусство.
Затем Рудольф Штайнер описывает, что Рафаэль, пройдя через смерть, вступив на порог духовного мира, прошел путь до следующей инкарнации через все небесные сферы, через меркуриальную, солнечную… Он взаимодействовал со всеми духами. И пройдя этот путь, вернувшись как Новалис, он продолжил свою деятельность. То есть он давал людям эту силу (или импульс Христа) через искусство. Уже как поэт, как Новалис. Хотя сам Новалис был горным инженером, что очень удивительно, тем не менее, мы знаем его как поэта.
Об этом человеке, даже не о человеке, а об индивидуальности, Рудольф Штайнер говорил в первой лекции, когда было основано Антропософское общество в 12-м году. Рудольф Штайнер, характеризуя Новалиса, говорил, что это единственный человек на Земле, который, кроме антропософии, мог иметь такие же прозрения, как в антропософии, в отношении взаимосвязи физического, эфирного, астрального тел, а также правильного взаимоотношения между бодрствующим состоянием и состоянием сновидящим. То есть практически он имел внутри себя (и это проявлялось через его слова) те же знания, только в другом виде, что и то, что мы знаем через антропософию, через мыслительный образ.
И мы знаем, что 28 сентября 1924 года была последняя речь Рудольфа Штайнера. Можно сказать, это завещание или слова напутствия Рудольфа Штайнера антропософам. Он снова обращается к этой индивидуальности, говорит о Рафаэле, о Новалисе. Вспоминает опять об этих инкарнациях. Правда, вместо Иоанна Крестителя он говорит о Лазаре. Но это отдельная тема, не важно. И он говорит такие вещи…
К этому времени уже был прочитан курс кармических лекций. Шесть томов, 84 лекции, где Рудольф Штайнер показал антропософам, что они являются земными служителями принадлежат течению Михаила. И при этом он указал, что есть и другие существа духовного мира — он не говорит «люди», просто говорит «существа духовного мира», — которые принадлежат течению Михаила. И говоря об этом, он обращается к людям, которые сидели перед ним в 1924 году, — когда вы пройдете через порог смерти, вы будете с этой индивидуальностью, с этим существом совместно вырабатывать силы для того, чтобы, когда вы придете в следующую инкарнацию, вы смогли осуществить то, что вы должны сделать.
Это завещание. Время, когда должны были прийти эти люди, наступило. Мы с вами тоже проходили путь в духовном мире, тоже проходили через духовные сферы, проходили через взаимодействие с этой индивидуальностью, которую мы знаем как Новалис, также с Рудольфом Штайнером. И мы соприкасались с воздействием этих существ на наши души.
Удивительным образом в последнее время во всем мире, не только у нас в России, но и в Европе, стал очень сильно развиваться художественный элемент. И Рудольф Штайнер, говоря об индивидуальности, которая жила в Новалисе, добавил, что в XX веке эта индивидуальность не приняла решение инкарнироваться, но, возможно, она инкарнируется в следующем веке, если будут для этого условия.
В связи с этим Таисия Александровна прочитает стихотворение Новалиса, написанное в 1799 году.
Старина помолодела,
Озаряется восток.
Нет сиянию предела,
Сладок пламенный глоток.
Свет благим свершением зажженный,
Таинством любви преображенный.
К нам сошел благословенный
Сын сияющих небес.
В песне веет вдохновенный
Ветер Творческих чудес.
Веет над землёй весть благая,
Древний пламень снова разжигая.
Пробудилась жизнь в могилах,
Воцаряется любовь,
Заиграла в наших жилах
Обновившаяся кровь.
И стоит он с полными горстями,
Счастьем он делится с гостями.
Дай проникнуть взором вечным
В глубину души твоей
И в блаженстве бесконечном
Жизнь божественную пей.
Каждая душа давно готова
Встретиться с другими в пляске снова.
Только с ним соприкоснешься,
Восприняв его черты,
От него не отвернешься, —
К солнцу тянутся цветы.
Минуло навеки царство мрака.
И прочнее не бывает брака.
Божество при нас отныне.
Нет ни страха, ни тоски.
И на льдине, и в пустыне —
Благодатные ростки.
Все цветы целительного сада —
Наша жизнь, забота и отрада.
Тема доклада: «Идея трёхчленности социального организма в антропософии». Я сразу скажу, что не занимаюсь трёхчленностью. Так получается, что в жизни я все время с ней сталкиваюсь, и мне иногда приходилось принимать активное участие в разъяснениях этой идеи, потому что я встречался с разнообразными ее проявлениями у нас в Антропософском обществе через людей, которые, на мой взгляд, не понимают эту идею. И я хотел бы просто дать эту идею так, как я понимаю, исходя из того, что я узнал у Рудольфа Штайнера.
Я напишу сейчас доклады, по которым я готовился, и те, кому будет интересно, смогут обратиться к этим материалам. Это всем известные доклады.
Это, во-первых, работы 1918 года: GA 186 "Основные социальные требования" GA 23 "Основные пункты социального вопроса" GA 335 это цикл, который называется "Социальное будущее" GA 340 - «Экономический курс» GA 341 – «Семинар по экономическому курсу» GA 190 "Импульсы прошлого и будущего в социальном свершении".
Я должен был обратиться к идее трёхчленности социального организма, потому что, во-первых, уже в 2005 году был поставлен вопрос, на который надо было отвечать: возможно ли осуществление идеи социальной трёхчленности в Антропософском обществе? Более того, это очень активно обсуждалось. Была организована конференция в 2005 году, где часть организаторов этой конференции активно хотели осуществить в нашем Обществе эту идею.
И второе, что сподвигло меня на этот доклад, произошло несколько назад на конференции, посвященной социальной трёхчленности общественного организма. Я присутствовал на ней, и докладчики рассказывали о том, как они пытаются осуществлять или внедрять идею социальной трёхчленности в своих организациях — в частности, в медицинских, а также в некоторых других. В общем, речь шла об отдельных организациях. Когда мы потом делились мнениями — те, кто участвовал в этой конференции, — выяснилось, что люди по-разному понимают, как это должно быть реализовано. Более того, мне даже указали на конкретное место из 23-го тома собрания сочинений (GA 23), где Рудольф Штайнер прямо говорит, что каждый человек должен осуществить идею социальной трёхчленности. И что у каждого человека есть особая задача в этой жизни по отношению к тому, как он должен решать этот социальный вопрос.
Эти два момента и стали побудительными импульсами для того, чтобы я сделал этот доклад.
Рудольф Штайнер разными способами объясняет, каким образом появилась идея социальной трёхчленности. Я начну с одного описания, где он, раскрывая формирование экономической жизни в мире, указывает на то, что первая страна, которая вообще создала экономику современного мира, — это Англия , в начале XIX века. Она торговала, имела обширные связи с различными странами, в основном с Индией. Практически, это была торговая экономика, торговый капитал.
Следующая страна, на которую указывает Рудольф Штайнер, — это Германия . У неё была совершенно иная экономическая система. Германия начала развивать экономику современного типа чуть позднее, и пошла по пути индустриализации. Таким образом, её экономика стала индустриальной. Известно, что в конце XVIII века Германия ещё не была единым государством — ей только предстояло объединиться. Это объединение в конечном счёте произошло волевым, неестественным способом., так возникла Германская империя, в которой ведущую роль играло военное направление. То есть, был сделан явный акцент на усиление государственной мощи в военной сфере. А как известно, для поддержания военной мощи необходимо развитое индустриальное производство, поэтому Германия пошла по другому пути.
Это была не торговая экономика, а индустриальная, то есть предпринимательская. За счет того, что у Германии экономика нового типа появилась позже, ее товары оказались более дешевыми, чем у Англии. И появилась конкуренция, противоречие. Никак не могли договориться Англия и Германия, каким образом они должны были существовать в связи с тем, что у Германии есть индустриальные товары дешевле, чем у Англии, а у Англии есть торговые морские пути. И это противоречие никак не разрешалось. А экономическая жизнь к этому моменту должна стремиться к мировой экономике. То есть они, по идее, должны были каким-то образом договориться. Это противоречие они не смогли решить, и это вылилось в то противостояние, которое привело к катастрофе — к Первой мировой войне.
По словам Рудольфа Штайнера, это стало внешней причиной катастрофы — Первой мировой войны . Чтобы противостоять этим противоречиям он, руководствуясь духовным знанием, (из Духа) предпринял попытку нивелировать эти противоречия . Каким образом? Он должен был создать противоположность в другой области. Не в экономической, а в другой, для того чтобы компенсировать эту противоположность между экономикой Англии и Германии в экономической сфере – это с одной стороны.
А с другой стороны, должны были найтись люди, которые бы поняли эту противоположность. И эта другая противоположность и есть идея трёхчленности социального организма. То есть практически она была сформулирована в 1919 году для того, чтобы устранить причину возникновения Первой мировой войны. Так Рудольф Штайнер описывает, каким образом вообще появилась идея трёхчленности социального организма.
Есть более глубокая, внутренняя причина. Она более человеческая и более связана с судьбой. Рудольф Штайнер в цикле GA 341 описывает, как молодые студенты задали ему простой и прямой вопрос о предпосылках возникновения этой идеи. Просто прямо так взяли и спросили. Он ответил, что появился социальный вопрос, который нужно было решать. И этот вопрос связан с тем, что появился новый класс, пролетариат, у которого изменилось сознание по отношению к другим классам. Я еще вернусь к этому.
Но в чем личная причина? Рудольф Штайнер был учителем в германской рабочей общеобразовательной школе (это было за 20 лет до 1919-го года), он учил рабочих. И в душах этих рабочих он видел, как жил этот социальный вопрос, как люди, (как пролетариат, там были рабочие) встраивались в общую человеческую жизнь. Он лично наблюдал, каким образом этот вопрос жил в этих душах, и при этом он видел, что люди не понимают причины несправедливости этого социального вопроса, который они переживали в своей душе. Рудольф Штайнер был учителем, и он, исходя из духовной науки, стал давать им объяснение существующего положения пролетариата.
Чем пролетариат отличается от других классов? Эти люди работают и составляют первый слой общества, который стал работать с машиной, с техникой. В связи с этим они утратили свою живую связь с природой и с людьми. Они работают с техникой, а техника — если кто сталкивался... если это безобидная техника, это ещё ничего. Но рабочие трудились на заводе. Это большие машины, большие станки — дело вообще опасное.
Поэтому, сталкиваясь с опасным, непредсказуемым и нечеловеческим — с бездушной техникой, — эти люди пробуждались. Они пробуждались в своем сознании. Но, пробудившись, они не находили ответа на вопрос: кто они как люди в этом мире, как пролетариат? Ответа не было. А когда они пытались найти этот ответ, к ним приходили социалистически настроенные люди, почитатели Маркса и Энгельса, и пытались им объяснить причину социальной несправедливости.
Рабочая школа, в которой Рудольф Штайнер был учителем, была основана как раз такими политическими деятелями. Они пытались научить пролетариат своим социальным взглядам, а Рудольф Штайнер давал совсем другие идеи. Он давал идеи из Духа: каким образом человек находится в мире по отношению и к миру, и к технике, и к другим людям. И эти идеи были востребованы настолько, что учредители этой школы увидели, что людей, посещающих лекции Рудольфа Штайнера, гораздо больше, чем людей, которые ходят к ним на лекции. Им это не понравилось.
Они послали троих помощников учредителей этой школы, социалистов, — чтобы те настроили рабочих, чтобы они воспротивились тому, чему учит Рудольф Штайнер. Состоялось собрание, где выступали эти трое и сам Штайнер. Произошёл удивительный момент: Штайнер заявил, что эти идеи - из духа свободы, они должны даваться людям, и они воспринимаются. В ответ представители школы заявили: «Мы не признаём свободу, мы признаём только принуждение. Рабочие должны учиться тому, чему им сказали».
Было проведено голосование: может ли Рудольф Штайнер и дальше учить этих рабочих или нет. Все 600 членов рабочей школы проголосовали за то, чтобы он остался их учителем. Против выступили только те трое. Но, несмотря на это, Рудольфа Штайнера уволили. В этом и заключается внутренняя причина.
Уже тогда, за 20 лет до этого, Рудольф Штайнер видел, что этот социальный вопрос жив. Описывая эти проблемы, он указывает, что человек трояким образом связывается своей жизнью в мире с другими людьми.
Во-первых, он имеет какие-то способности, с помощью которых он что-то создает для общего блага.
Во-вторых , он должен научиться взаимодействовать с другими людьми таким образом, чтобы они могли уживаться друг с другом.
И в-третьих , он должен найти такую структуру в жизни, куда он может принести то, что он сделал сам, свои изделия, для того, чтобы эти изделия были доступны другим людям.
Это и есть описание трёхчленности социального организма, но представленное через призму человеческой жизни. Рудольф Штайнер говорит, что первое относится к духовной жизни, когда человек через свои способности что-то может предложить обществу таким образом, что общество может это принять. Второе: он должен найти ту область в социальном организме, где он может взаимодействовать на равноправных началах с другими людьми таким образом, чтобы они не сталкивались лбами и не колотили друг друга. И третье – это сфера жизни, в которой он может создавать или производить товары или услуги для того, чтобы предложить их другим людям. Это и является основой социального организма - три части: духовная жизнь, правовая жизнь (или государственная жизнь) и экономическая жизнь.
Причем Рудольф Штайнер говорит так: если кто-то подумает, что до того момента, как в 1918 году Рудольф Штайнер обратился к этому, этой трёхчленности социального организма не было в мире, — это не так. Он говорит, что в древности это расчленение на три части было в этой области всегда. Это вообще относится к человеческой жизни. В древности эти области разделялись правильным образом благодаря социальным инстинктам, которые помогали человеку для той эпохи находить свое место в общем социальном организме.
Но настоящее время требует не социальных инстинктов, их у человека сейчас нет. Человек должен сознательным образом научиться взаимодействовать с этими тремя областями своей жизни. Они есть в современном мире.
Но каким образом? В первую очередь Рудольф Штайнер указывает на экономическую жизнь , так как она связана с тем, что дает возможность человеку жить, он получает товары через экономическую жизнь, которые нужны ему для жизни. Это необходимо для его жизни на Земле. Экономическая жизнь настолько развилась, что Рудольф Штайнер приводит образ (это не его образ) подростка, который имел свою детскую или подростковую одежду, затем вырос из этой одежды, стал взрослым человеком, а одежда осталась старая, маленькая. Так вот, выросший человек – это экономическая жизнь, а оставшаяся одежда – это и есть правовая и духовная жизнь.
То есть хозяйственная жизнь способна к самостоятельному развитию, опираясь на собственные основы. Более того, она хочет, если предоставить ей эту возможность, создать правовые и духовные основания, исходя из собственной логики и потребностей. Это мы сейчас можем увидеть на примере Америки, которая, в принципе, все законодательство и все, что исходит из духовной жизни, связывает с экономикой. Самое главное там — экономика.
Это неверно, потому что если так будет развиваться и дальше, то появятся хозяйственные империи, которые просто затопят социальный организм. Поэтому нужно сознательно привести экономическую жизнь в правильное состояние чтобы она опиралась только на самое себя.
Экономическая жизнь характеризуется тем, что в экономике люди общаются через товары. Свойство экономики – это товары, которые человек производит, обменивает либо потребляет. То есть основное качество, которое мы можем определить в экономической жизни – это наличие товаров. Кроме того, Рудольф Штайнер говорит о наличии особых предприятий, ассоциаций, которые управляют этими товарами: как их производить, что делать для того, чтобы у людей не было избытка товаров и при этом чтобы товары были в количестве, необходимом для потребления.
Рудольф Штайнер указывает, что люди неправильно понимали его, когда кто-то пытался повторить то, что он говорил об идее трёхчленности. Говорили, что Рудольф Штайнер призывает сформировать три парламента: для духовной жизни, для правовой жизни и для экономической жизни. Почти как у медиков, они тоже сталкиваются с подобным заблуждением, якобы трёхчленность организма существа человека, — это тоже: голова отдельно, ритмическая часть отдельно, обмен веществ отдельно. Будто Рудольф Штайнер взял и расчленил человека на три части. Это неверное понимание ни того, ни другого.
В чем же состоит правильное разделение этих областей? В том, что эти три области должны встать на свои самостоятельные основы. Они должны вырастать из самих себя. К примеру, правовая жизнь и духовная жизнь не могут вырасти из экономической жизни (к чему сейчас стремится Запад). Развитие Америки, Англии, западного индустриального мира движется именно в эту сторону. С другой стороны, правовая жизнь не может вытечь из экономической и духовной жизни. Она должна стоять только на своей основе и регулировать свою жизнь на своей самостоятельной основе. Также и духовная жизнь.
Рудольф Штайнер говорит, что бы ни происходило, становление социальной трёхчленности в любом случае состоится, в будущем к этому придут, даже если этого нет сейчас. Прошло больше ста лет, а ведь этого в мире еще нет. Оно будет. Хотя, Рудольф Штайнер ещё в 1919-м году сказал, что мы должны через несколько лет прийти к социальной трёхчленности. Не пришли. И он говорит, если не придём, то не произойдет то, что должно произойти. И это, к сожалению, не произошло. Он не говорит конкретно, но я думаю, что так как речь идёт о социальном организме человечества, это связано с общим восприятием явления Христа в эфирном. Социальная структура, социальный организм не был подготовлен к тому, чтобы воспринять Второе пришествие Христа максимально большим количеством людей.
Мы знаем, что эфирное пришествие Христа произошло. Первый раз его воспринял апостол Павел. Потом посвященные могли это созерцать. И через какое-то время, к 1935 году, должно было быть некоторое количество людей, которые должны были сознательно воспринять эфирного Христа. То есть событие произошло, но большого количества людей, которые могли это воспринять, не было. И в результате этого произошло продолжение Первой мировой войны через Вторую мировую войну. Эти же отголоски продолжаются и сейчас. Потому что все войны, которые происходят в мире, в современном мире связаны с тем, что решаются, как ни странно, экономические проблемы.
В одном докладе невозможно все охватить… Я вкратце скажу о тех положениях, которые характеризуют то, что хотел дать Рудольф Штайнер.
Он говорит, что правовая область связана с тем, каким образом один человек соотносится с другим. Как люди могут мирно сосуществовать друг с другом. В этой области можно определять законы, каким образом люди могут друг с другом уживаться. И самое главное, чтобы законы выполнялись всеми. Здесь присутствует элемент, который мы знаем как импульс равенства.
Что в современном мире из этого не сделано? Например, существует связанность судебно-правовой системы. Она даже называется так: судебно-правовая. Хотя говорят, что судебная система — это свободная, независимая власть, — на самом деле нет.
В правовой области правомерно присутствие равенства, парламентов, где люди могут быть представителями определенных групп, где они могут друг с другом взаимодействовать и решения определяются на общих основаниях. Но судебная область, судьи, которые выносят свое решение, виновен человек или нет, опираются на свое индивидуальное понимание преступления, а также того, кого они судят. Это опирается на индивидуальные способности человека. Поэтому судебная власть должна выйти из правовой системы и войти в духовную область. Она должна встать на другие основы. На словах это сделано, фактически — нет. Потому что многие решения судей у нас определяет государство, государство относится к правовой сфере.
Духовная жизнь , особенно в отношении воспитания людей, а также формирования различных общественных фондов тоже должна стоять на своей основе, особенно в отношении воспитания или обучения детей. Рудольф Штайнер говорит, что, начиная с первого класса и заканчивая аспирантурой, ни один государственный чиновник не должен говорить учителю, какая форма, какое содержание должно быть у образования, каким образом учитель должен учить детей. Это должен определять только сам учитель. Если современному государству это сказать, то они ответят: «Вы же научите не тому, чему надо. Мы же должны контролировать». Это не только у нас, это везде так. К счастью, существует вальдорфская школа.
Рудольф Штайнер говорит, если это осуществится, то духовная жизнь сможет развить свои собственные силы, и когда она их разовьет, она с помощью этих сил сможет оплодотворить и правовую жизнь, и экономическую жизнь. На самом деле, самая большая проблема — из духовной жизни. Поэтому те, кто учится или учит в вальдорфских школах, у вас очень серьезная миссия и здесь в стране, и в мире.
В экономической жизни должно быть только присутствие товаров. То есть должно быть производство, реализация и обмен товаров. Заработная плата человека не должна присутствовать в экономической жизни. Потому что заработная плата относится к человеческому. Она должна выйти из экономической жизни и регулироваться совсем другими областями. В частности, взаимоотношение между предпринимателем и наемным работником должно регулироваться в правовой сфере.
На сегодняшний день этого не сделано. Что же происходит? Исторически наёмный работник получал повременную оплату — и в некоторых областях, например в Америке, это сохраняется до сих пор. Там даже существует установленная минимальная почасовая оплата, которая отслеживается статистикой. Затем появилась сдельная система оплаты: сколько произвёл — столько и получил. Казалось бы, это справедливо. Однако оказывается, что ни тот, ни другой подход не соответствует правильному пониманию справедливых экономических отношений. Почему? Потому что отношения между предпринимателем и работником должны строиться в другой сфере. Грубо говоря, они должны заключать договор не о зарплате, а о взаимных обязательствах и правах по отношению друг к другу.
Откуда же появляется зарплата, оплата, денежное вознаграждение? Предприниматель, получает прибыль, иначе зачем ему заниматься этим? Работник является соучастником появления этой прибыли. Таким образом, работник должен получать часть прибыли, исходя из общего экономического производственного процесса. В лучшем случае - процент от прибыли. Это хорошо, но если будет убыток… Да, это следующий вопрос.
И еще я хотел бы указать одну проблему экономической жизни. Рудольф Штайнер говорит о суеверии , которое он приписывает Марксу и Энгельсу, и подробно его разбирает. (мы 72 года жили по этому принципу) В чём же оно заключается?
Оно состоит в убеждении, что если правильно урегулировать экономические отношения, то правовая и духовная жизнь возникнут сами собой. Те, кто изучал в Советском Союзе обществоведение, хорошо знакомы с этой установкой: «бытие определяет сознание». Все представители старшего поколения проходили это в школе. Эти идеи идут оттуда.
Так вот, это и является суеверием . В чём его суть? Считалось, что частная капиталистическая собственность на средства производства — если использовать социалистическую терминологию — является коренной причиной всех экономических бед. Ее можно устранить - они так придумали. Каким образом? «Давайте мы отберем эту собственность у частного капитала, передадим государству. Все люди, в том числе рабочие, будут являться собственниками средств производства. И здесь наступит рай.» Мы знаем, что рай не наступил. В чем причина?
Рудольф Штайнер описывает подобную ситуацию так: в принципе, ничего не изменилось. Раньше капиталистом был один человек — теперь капиталистом стало государство. Причём стало даже хуже. Чем именно? Государство — это абстрактная структура. Управлять всем народом и средствами производства невозможно — для этого требуется некий центральный орган, который будет регулировать всё от имени государства. Возникает дополнительная надстройка, которая лишь всё запутывает.
А кто входит в этот центральный орган? ЦК КПСС, Политбюро — то есть люди, которые черпают свои идеи из политической сферы. Они пытаются регулировать экономическую жизнь с помощью идей, которые они восприняли из политической сферы. В итоге через 72 года мы увидели развал экономики. Дело не в Горбачёве… это отдельный вопрос. На самом деле наша экономика была неэффективна. Кто помнит, мы докатились до карточек, как в послевоенное время. Дальше уже некуда…
Что должно быть? Необходима частная инициатива. Без частной инициативы ничего не происходит. Если государство будет управлять каким-то производственным проектом, его стоимость возрастает не в разы, а на порядок — это естественно и подтверждается современной практикой. Поэтому должна быть частная инициатива. Но то, будет ли дело прибыльным, зависит от компетенции человека, который занимается предпринимательством, экономикой. Он может быть гением или полным неумехой. Соответственно, он либо создаст товары по конкурентной цене, которые будут пользоваться спросом, либо произведёт нечто никому не нужное или слишком дорогое. В этом и заключается причина успеха или провала.
Так вот, в 1919 году, в лекции, Рудольф Штайнер рассказал, что к нему обратились антропософы с вопросом: можно ли внедрить идею трёхчленного социального организма внутрь самого Антропософского общества? Его ответ был весьма неожиданным. Он сказал, что, безусловно, можно быть человеком с честным сердцем, принадлежать к антропософскому движению, к Антропософскому обществу и задавать такой вопрос. Но если люди задают такой вопрос, они, во-первых, совершенно не понимают саму идею социальной трёхчленности, и, во-вторых, они не понимают сути того Антропософского общества или антропософского движения, в котором они состоят.
Что если бы мы ввели в Антропософское общество разделение вот этих трех сфер?
Некоторые предлагали, например, ввести экономическую жизнь в Общество. Что это на деле означает? Это означает не что иное, как то, что мы изолируемся от общей экономики и создаем свою экономику в нашей организации. То есть мы секвестрируемся. Мы производим сами молоко, масло. Мы не покупаем на рынке. Мы все сами делаем. Нам не нужен никакой мир, у нас своя экономическая область. Но это сектантство, это невозможно.
Предлагают ввести правовую жизнь в Общество, он говорит: хорошо, давайте. Вы у нас в Антропософском Обществе примете законы, кто-то там нарушит, грубо говоря, украдет что-то, и мы решим, что это не является преступлением. Но ведь мы же живем не на изолированном острове, мы живем в государстве, поэтому, что бы мы ни решали, какую бы мы правовую жизнь ни ввели в общество, мы все равно будем регулироваться законами внешнего мира.
Духовная жизнь. Вроде бы хорошо, но тоже удивительно, если говорят: «Давайте мы сейчас введем в Антропософское общество духовную жизнь». Что это означает? Это означает, что, начиная с антропософского дела в Теософском обществе и впоследствии, до этого момента, духовной жизни в Антропософском обществе не существовало. Тогда чем же мы занимались?
Рудольф Штайнер говорит, что изначально, с самого основания, еще со времён немецкой секции в Теософском обществе, содержание этой секции было антропософским. Он говорит: мы всегда занимались тем, что развивали духовную жизнь. У нас нет учителей, которые получают зарплату от государства. Мы не регулируемся правилами, чему и кого обучать, мы сами определяем, как это делать. Наоборот, задача Антропософского общества — не развить (так как духовная жизнь и так присутствует в Обществе), а вынести духовную жизнь вовне. Антропософское общество должно показать людям духовную жизнь, и то, каким образом эта духовная жизнь должна присутствовать в мире. Мы должны не внутри ее культивировать — она внутри и так есть, — мы ее должны вынести вовне, дать пример. Это все есть в цикле лекция 1919го года. Но люди не понимали… Были с Рудольфом Штайнером — и не понимали. Это неудивительно, и вот почему.
Сделаю очень личное отступление. Я прочитал «Основные социальные требования» в 2004-2005 году. В то время в Антропософском обществе были большие проблемы — склоки, дрязги, в Москву невозможно было приезжать. Прочитав, я подумал: «Господи, вот же решение всех проблем!» Я попытался обратиться к кому-то — спросить, почему мы в Антропософском обществе не вводим разделение на три сферы, чтобы всё исправить. Тогда я сам мыслил точно так же, как те люди, о которых говорил Штайнер. Но мне повезло. Мой собеседник ответил: «Не ты первый это предлагаешь. Такие идеи постоянно возникают — даже в Америке, например». Оказалось, что и там хотели внедрить трёхчленность внутри Общества. Тогда одна пожилая немка тихо сказала: «Рудольф Штайнер имел в виду совсем другое. Это не для Антропософского общества».
Услышав это, я осознал, что чего-то не понимаю. И позже, через разные события, я увидел почему это так не работает. Нельзя — это ошибочное понимание — пытаться вводить идею трёхчленности внутрь самого Антропософского общества.
Есть большая проблема. Почему появились эти два цикла? (прим. GA??) Между ними всего три года. В цикле (GA??), практически в начале, если вы прочитаете, Рудольф Штайнер говорит, что невозможно сегодня, в 22-м году, говорить о трёхчленности социального организма в тех же формах, в которых мы говорили в 19-м году. Невозможно, формы должны быть другие, ситуация изменилась, нужно найти другой язык.
В чем изменение? С начала развития экономической науки со времён Адама Смита сферы, изучающие экономическую жизнь, оставались весьма ограниченными — локальными или, в лучшем случае, национальными. Обычные экономисты (не антропософы) — а я, к слову, ещё не встречал антропософов-экономистов, которые говорили бы об экономике в духе Рудольфа Штайнера; возможно, такие есть, но мне не довелось с ними познакомиться — рассматривают лишь те законы, которые действуют в рамках изолированных систем. Максимальный масштаб, до которого они доходят, — это национальное государство.
Рудольф Штайнер говорит: если мы будем объяснять экономику с помощью обычного мышления, мы сможем это сделать, только находясь на уровне национальных экономик. В экономической жизни происходят некие неравномерности – экономика ведёт себя как живой организм. Мы знаем, что даже у человека, в любом живом организме, всегда присутствует то, что со временем ослабевают жизненные силы. Либо должен быть приток новых жизненных сил, либо этот организм умирает. И в экономике то же самое - это такой же организм.
Если мы возьмём маленькое национальное хозяйство, в котором что-то происходит не так — а в экономике такие случаи известны, — то каким образом люди обычно решают проблему? Они расширяют область своей экономики. То есть всё время происходит слияние маленьких экономических областей.
Вот, допустим, есть одно предприятие или целая область — хозяйство уже, можно сказать, «пожилое», но у него есть опыт. И вдруг появляется новое — с растущими силами, с избытком жизненных сил, но пока ещё ничего не знающее. И они объединяются: одни приносят свои способности, другие — свои. Всё. Выгода — для обоих.
И так происходило всегда. Экономика до определенного момента развивалась именно через слияние. То есть она постоянно расширялась. И сама выгода от такого объединения заключалась именно в том, что происходит это слияние.
Дошли до национального государства. Происходят неправомерности в экономической области. В чем они выражаются? Либо товаров много, либо товаров мало, и они никому не нужны. Что происходит? Происходит экспорт либо импорт. За счет того, что государства существуют рядом, они взаимодействуют друг с другом и это происходит как компенсация на уровне национальных государств, через экспорт и импорт.
А теперь представьте, что мы пришли к мировой экономике и соединились в единый организм. Проблемы остались. Откуда мы будем получать экспорт или импорт? И вот тут Штайнер просто говорит: «С Луны мы его не получим». Что происходит? Происходит либо война, либо экономический кризис. И к этому ещё нужно добавить: чтобы вообще было возможно развивать экономику в такой замкнутой области, требуется другое мышление. С обычным мышлением — невозможно. То есть национальное государство — это и есть предел.
Что такое современный социальный организм? Рудольф Штайнер говорит: это не национальное государство — это вся Земля. Когда мы говорим о трёхчленном разделении социального организма, мы должны иметь в виду: мы живём в эпоху мирового хозяйства и вся Земля является этим организмом.
Должно прийти новое мышление. Оно должно прийти через развитие мышления — и Рудольф Штайнер указывает на Гёте. Он говорит о том, что уже Гёте показывал идею прарастения как схему. Но смысл в чём? Понятие прарастения не является замкнутым - оно всё время метаморфизируется, прарастение постоянно меняется.
Также должно быть и в экономике. Понятия должны стоять одно рядом с другим, как изолированные государства. Мы должны в замкнутой области экономические понятия менять со временем и с пространством.
Итак, мы подходим к ключевому вопросу: как развивать экономику в замкнутой системе, коей является наша Земля? И решение упирается в проблему денег.
Что такое деньги? Вспомним натуральный бартер: товар меняется на товар. Пришел на рынок, обменял — все просто. Но что, если мне нужен один товар, а у меня — другой? Или здесь товара слишком много, он не нужен, а в другом месте — в цене. Чтобы это упростить, люди придумали универсальный эквивалент — посредник, на который можно купить здесь и продать там. Этими посредниками и стали деньги.
У денег есть одно свойство, которое часто ускользает от обычного сознания. В чём оно заключается? Представьте: мы купили за 500 рублей 10 кг картошки. У одного человека теперь 10 килограмм картошки, у другого — 500 рублей. Всё справедливо: деньги выступили эквивалентом стоимости. Но вот проходит неделя, месяц... Картошку либо съели, либо она испортилась. Товара больше нет, а деньги-то остались. Выходит, они теперь являются эквивалентом того, чего уже не существует. Так вот, в этом и заключается ключевая особенность: деньги тоже должны изнашиваться, они должны стареть. Они должны обесцениваться со времением.
Это проблема, которую обычный экономист не замечает. И что удивительно, обесценивание происходит, но без участия человека. С участием человека, через ассоциации, это происходило бы сознательным и безболезненным образом. Без участия человека обесценивание денег происходит через экономические кризисы и через войны. Что в итоге? Деньги обесцениваются и люди попросту теряют их. Вот и всё. В этом и заключается проблема.
И вот вторая проблема, не менее удивительная. Оказывается, деньги не едины — они существуют в трёх разных видах.
Во-первых, это покупательные деньги . Те, что нужны нам для обычной купли-продажи товаров.
Во-вторых, ссудные или предпринимательские деньги — это уже совсем другие деньги. Они предназначены для производства товаров. И их стоимость определяется, как ни странно, личной способностью самого предпринимателя. Почему? Если он гений — всё хорошо, деньги обретут свою стоимость. Он создаст нужный товар. А если он неудачник? Тогда он произведёт никому не нужное — или вообще ничего не произведёт. Какова в таком случае стоимость денег? Нулевая. Мы их просто теряем. То есть у этих денег — совершенно иная природа, чем у покупательных.
Но есть ещё и третий вид — самый главный, хотя о нём почти не говорят. Это дарственные деньги . Как ни парадоксально, именно они являются основной силой в экономике. Что они делают? В процессе хозяйственной деятельности возникает перепроизводство товаров или же переизбыток денег в определённой области. Эти деньги можно направить в товары, в землю, на фондовый рынок — куда угодно. Там они начинают жить своей собственной жизнью, отрываются от реального экономического процесса, который разворачивается во времени. В результате — затоваривание, запруживание денег где бы то ни было. Рудольф Штайнер, например, говорил о земельной ренте: аренда земли растёт и растёт — это влияет на производство, растут цены на товары… и всё. Рано или поздно кризис — и всё рушится.
Так вот, то, что делают государства между собой при национальных экономиках, при экспорте и импорте, — это должны делать эти три вида денег. Причем Рудольф Штайнер говорит, что это действительность, это истина. Они существуют на самом деле, только человеческое мышление их не замечает. Нужно иметь другое мышление, чтобы понять, что этих видов денег три. И тогда, если у нас будет переизбыток, допустим, ссудных, предпринимательских денег, тогда этот избыток должен уходить в дар духовным организациям. Иначе они все равно уйдут из этой области. Они просто сгорят. А так они попадут в духовную область. Либо, если покупательных денег мало или много, тоже должно быть перераспределение. И таким образом, за счет того, что стоимость денег уменьшается со временем, и за счет перераспределения между этими тремя областями, выравниваются шероховатости экономического процесса. Это происходит и сейчас, только это происходит катастрофическим образом. И смысл самой идеи трёхчленности в том, чтобы сознательным образом управлять этим, чтобы не было кризисов и войн.
Знаете, Рудольф Штайнер говорил такую вещь о социальном организме, о трёхчленности. Он говорил об этом примерно в 1919 году: «Первая страна, которая осуществит идею социальной трёхчленности у себя, станет идеалом для всех остальных государств». И такая страна, такая миссия у одной страны существовала. Это была Австро-Венгрия. Австро-Венгрия — государство многонациональное. Там были и немецкие нации, и славянские нации, а также венгерские нации — отдельно. То есть это очень старое многонациональное государство. И оно пришло в своем развитии к такому моменту, когда, чтобы не распасться, должно было осуществить идею трёхчленности. Мы знаем, что Рудольф Штайнер хотел это сделать, но не получилось. Не восприняли эту идею.
Что захотели? Социальный вопрос все равно был в Австро-Венгрии. Пролетариат был. Они захотели путем войны, военной победы, утихомирить требования пролетариата. То есть погасить этот социальный вопрос. В итоге получилось, что это привело к противоположному результату. И мы знаем, что в Австро-Венгрии, во-первых, война случилась. Там были революции. Мы знаем, что Австро-Венгрия по итогу Первой мировой войны распалась. Ее не существует больше.
Есть еще одна страна, которая могла бы осуществить эту идею трёхчленности. Рудольф Штайнер указывает на Германию. У нее не было миссии, но она могла это сделать. Она тоже это не осуществила. И Рудольф Штайнер говорит, что и у Австро-Венгрии, и у Германии есть грех перед Духом по причине того, что они могли это сделать, но не сделали. Поэтому у Германии будут последствия, у Австро-Венгрии тоже будут последствия. Они никогда больше в мире не будут, так сказать, лидерами этого мира. Они просто будут все время на вторых ролях. И мы знаем, что в будущем Германия вообще должна исчезнуть как государство.
В отношении России… ведь в Австро-Венгрии, у которой миссия была, были славянские народы. В отношении России Рудольф Штайнер говорил такую вещь: интеллект, нежный детский интеллект русского народа, восточных славян, он благоприятным образом может воспринять идеи социальной трёхчленности, социального организма. Немецкая нация могла передать эти идеи, а после свержения царизма в России мы могли бы это воспринять естественным образом. Это тоже не произошло. Не было такого. Можно ли осуществить это сейчас? Не знаю. Те, кто занимаются у нас, может быть, они ответят на это. Почему? Потому что нет того интеллекта, который был у русского народа. Он сейчас другой.
Хотя есть надежда, что всё-таки он не столь выхолощен, как на Западе. Если сравнивать с Западом, он всё же сохраняет способность воспринимать эти идеи. Но, конечно, это будет сделать гораздо труднее, чем прежде.
И в завершение я хотел бы сказать о миссии Антропософского общества, о том, что оно должно… Рудольф Штайнер в 19-м году говорил, что Антропософское общество должно привнести духовную жизнь в мир, чтобы та могла в мире развиваться. И этот импульс Рудольф Штайнер развил и усилил уже после Рождественского собрания, потому что на Рождественском собрании, как мы знаем из первого ритма медитации Камня Основы, он говорит, что мы должны к открытому Обществу присоединить ещё и его эзотеричность. То есть мы должны создать нечто новое, чего никогда не было. Мы должны соединить открытость и эзотеричность. И центром, через который эзотерика должна вливаться в мир — не только духовная жизнь, но теперь ещё и подлинная духовная жизнь, эзотерика, — этим центром и является Антропософское общество. Если мы будем желать и готовы выполнить эту миссию.
Иллюстрация - Лиана Колло Д'Эрбуа «Три Богини судьбы»
Материал подготовлен Информационной группой АОР.
